Человек
Пространство
Время
Приморский музей
имени Арсеньева

Истории о крае: Остров «Лефу – Циндао – Терминэйшн – Маячный – Аскольд»

15 ноября 2014

<…По обоим склонам острова текут незначительные речки.
Долины двух из них, текущих по обе стороны перевала между F и К,
содержат в себе золото: одна, по которой заявлен прииск на имя
купца Линдгольма, течёт на NE, а другая, по которой работает прииск г. Молчановского, бежит SW и изливается в бухту «Наездник»…>
/Михаил Янковский/

Посредине залива Петра Великого, на примерно равном расстоянии и от Владивостока, и от Находки, находится небольшой остров. Его скалистые берега круто обрываются к воде, и лишь с северной стороны есть плоский участок берега, на который можно высадиться безопасно. Ни одно судно, идущее в порт Владивосток с востока, не может миновать этот маленький кусочек суши – остров Аскольд.

 

 Чтобы просмотреть всю ленту, нажмите на фотографию >>>

Он прорезан с южной стороны глубокой закрытой бухтой и напоминает благодаря этому своими очертаниями подкову. Он известен своими золотыми жилами, чистой, нетронутой природой, старым маяком, береговой батареей времен Второй мировой войны и той неповторимой атмосферой, которую можно почувствовать только на окружённых с четырёх сторон морем сопках, на которых, набираясь сил перед тем, как плотно укрыть собою материк, ночуют своенравные туманы Японского моря.

Чтобы просмотреть всю ленту, нажмите на фотографию >>>

Известен остров был ещё морякам воинственного государства Бохай в VII-IX веках. Много позднее его заселили китайские золотоискатели и добытчики морской капусты, среди которых он значился под названиями «Лефу», что в переводе означает «Добычливый» и «Циндао» – «Зеленый остров».  В 1855 году остров был исследован британскими военными моряками и получил название «Termination» – как конечный пункт гидрографических съемок побережья.

Чтобы просмотреть всю ленту, нажмите на фотографию >>>

Спустя 3 года после англичан в эти края приехали русские и окрестили остров «Маячным», так как место само просилось под маяк. Однако проводившая в 1862-1863 годах более подробное гидрографическое исследование экспедиция Бабкина посчитала, что такое название острова, где в то время маяка даже и не предвиделось, может ввести в заблуждение моряков, и переименовала остров по названию пролива. С того времени он и носит имя варяжского князя Аскольда.

Чтобы просмотреть всю ленту, нажмите на фотографию >>>

Спокойное течение жизни острова, когда его посещали только ловцы морской капусты, резко переменилось в 1867 году: на Аскольде нашли золото – со всеми сопутствующими «лихорадочными» последствиями. Сейчас, по данным проводившихся ещё до перестройки геологоразведочных работ, изученные запасы Аскольдовского месторождения оцениваются в 250 килограммов, прогнозные ресурсы – около 9 тонн. А в XIX веке о существовании в Уссурийском крае залежей жёлтого металла гораздо раньше русских узнали китайцы. Привлечённые слухами о внезапно открывшихся несметных богатствах, сюда устремились толпы старателей из пограничных районов Поднебесной, а также шайки хунхузов – китайских разбойников.

Наплыв китайцев продолжался всё лето 1867 года, но русские долгое время ничего не знали о нелегальном прииске на острове, который редко посещали наши корабли. Первыми о происходящем услышали на посту в заливе Святой Ольги. Как раз в этот момент в гавань зашла 300-тонная военная шхуна «Алеут», занимавшаяся снабжением прибрежных постов края. По пути во Владивосток её командир, лейтенант А.А. Этолин, решил выяснить обстановку на Аскольде.

Тёплым сентябрьским днем, когда русские моряки подошли к острову, они застали там лихорадочную деятельность манз, промывающих золото. Высадившись на берег с пятнадцатью матросами, командир шхуны насчитал до пятисот китайских старателей и конфисковал у них около пяти фунтов золота. По требованию Этолина китайцы нехотя прекратили работы, однако покидать остров не спешили. Было ясно, что промывка возобновится сразу же после того, как мачты шхуны исчезнут за горизонтом. Не теряя времени, командир «Алеута» отправился во Владивосток и затребовал у местного постового начальника вооруженный караул для Аскольда. Уже через 3 дня высаженный с корабля десант очистил остров от старателей – но ненадолго.

Именно эти действия послужили детонатором событий следующего, 1868 года – событий, которые позже были названы «манзовской войной». Спустя несколько месяцев «Алеут» вновь подошел к берегам Аскольда, но картина, представшая перед глазами команды, ничем не отличалась от той, что они видели в сентябре минувшего года.

Вот что писал об этом известный путешественник, штабс-капитан Николай Пржевальский:
<…В течение зимы 1867-68 г. в пограничной Маньчжурии… сформировались вооруженные партии, которые, пополнившись прежними золотоискателями, явились в апреле 1868 г. в числе пяти- или шестисот человек на остров Аскольд и начали мыть золото. 19 апреля 1868 г. шхуна «Алеут», придя к Аскольду, застала там разработку золота в полном разгаре. Этолин так же, как и в прошлый год, высадил команду, состоящую из 20 матросов, но едва они прошли по берегу несколько шагов, как грянул ружейный залп… Вслед за тем выскочило из засады несколько сот манз, вооруженных чем попало, и начали окружать наш десант, стараясь отрезать его от берега. Хотя команде и удалось пробиться, но три человека из наших оказались убитыми и 8, в том числе 2 офицера, ранеными…>

С этого момента развязалась настоящая война. «Алеут», послав за подкреплением, блокировал хунхузов на Аскольде, уничтожая все китайские джонки. В ночь с 25 на 26 апреля китайцы поднялись на материке, напав тысячей человек на русский аванпост в заливе Стрелок.

События в посту Стрелок показали, что манзовское восстание не имеет местного и случайного характера, приуроченного только к острову Аскольду, а грозит распространением и на материк среди всех Южно-Уссурийских манз. Поэтому для более надежного разъединения манзовских сил, находящихся на берегу и на острове, Этолин решил уничтожить все манзовские лодки. Однако практически сразу же выяснилось, что «Алеут» не может продолжать крейсерство в проливе из-за отсутствия угля и провианта, и, собрав все шлюпки и всех людей, Этолину пришлось отправиться во Владивосток. Планам доставки хунхузов с острова на материк не позволила осуществиться задержка «Алеута» во Владивостоке по самым непредвиденным обстоятельствам.

Начальником Владивостокского поста и находившихся там войск был в это время майор Горяинов – старый, малоталантливый и нерешительный человек. При известиях о событиях на Аскольде он совершенно перепугался. Несмотря на все представления Этолина о необходимости вернуться к Аскольду, чтобы не дать манзам соединиться, он решительно запретил ему это и приказал шхуне остаться во Владивостоке. Боясь, чтобы Этолин не ушел своевольно, он отобрал все шлюпки и всех солдат и даже не давал последним есть, не пуская их на шхуну, где была приготовлена пища. Когда утром 29 апреля на «Алеуте» во Владивосток прибыл подполковник Дьяченко, первая предпринятая им мера заключалась в отстранении от должности майора Горяинова.

1-го мая «Алеут» с Дьяченко на борту снялся с якоря и пришел к Аскольду, где уже находился прибывший из Посьета барк «Нахимов» с подкреплением. Однако манз на Аскольде уже не было: пользуясь туманами и тихими ветрами в ночь с 28-го на 29-е апреля, они переправились на материк на плотах.

В последующие дни вооруженные отряды манз начали военные действия на материке. Были сожжены населённые пункты Шкотовка, Суйфунская (Раздольное) и Никольская (ныне Уссурийск). Нападение хунхузов на Находку было отражено, отряды разбойников вплотную подступили к Владивостоку.

Ещё 30 апреля 1868 года командующий сухопутными войсками во Владивостоке штабс-капитан Буякович издал приказ: «Пост Владивосток объявляется на военном положении, равно как и войска Суйфунского округа… В почтамте назначается в ночное время 4 человека для переноски, в случае тревоги, почтового имущества и денег на шхуну «Фарватер». Генерал-губернатор Восточной Сибири М. Корсаков приказом от 28 мая объявил весь Уссурийский край на военном положении, утвердив командующим войсками полковника Тихменева.

Вскоре прибыли дополнительные воинские подкрепления, и хунхузы были разбиты, хотя ликвидация разрозненных групп вооруженных манз продолжалась до середины июля 1868 года. А. Этолина за успешную оборону поста наградили орденом Святого Владимира, именным золотым оружием и представили к внеочередному званию капитан-лейтенанта. Тихменев в 1880 году стал военным губернатором Приморской области.

Этот мятеж, взявший своё начало на острове Аскольд, ясно показал, что учреждением гражданского управления только в русских населенных пунктах уже не обойтись, и назрела необходимость создания более крепкого административного устройства. Именно с Манзовской войной связана первая реальная попытка организации полиции в Южно-Уссурийском крае. 

На Аскольде тем временем всё продолжалось по-старому. Когда через 5 лет после военных действий корвет «Витязь» зашел в закрытую островную бухту Наездник, там насчитывалось до 1000 старателей-манз, занятых всё тем же промыслом золота. Руководство Приморской области, обеспокоенное этим положением вещей, поспешило отдать право на разработку островного золота купцу И.И. Кустеру.

 

Чтобы просмотреть всю ленту, нажмите на фотографию >>>

Первым делом новый владелец отправил на остров охрану и назначил управляющим прииском весьма известного в истории Приморья человека, бывшего дворянина, который был сослан в Сибирь за участие в восстании 1863 г. – Михаила Ивановича Янковского. Водворенный на поселение, он не пал духом и занялся чисто сибирским бизнесом – добычей золота. Янковскому удалось раз и навсегда очистить Аскольд от старателей-хищников и их краснобородых друзей («хунхуз» в переводе с китайского – «красная борода»). Разбойников, скрывавшихся в бараках приискового поселка, начальнику удалось выявить благодаря подсказке старшин рабочих артелей: руки хунхузов, не знакомых с киркой и заступом, не знали трудовых мозолей.

 

Чтобы просмотреть всю ленту, нажмите на фотографию >>>

Кроме выполнения прямых обязанностей Янковский занялся разведением на острове пятнистых оленей. Стадо прекрасно акклиматизировалось и быстро увеличилось. В 1888 году право на охоту на них было передано Владивостокскому обществу любителей охоты с обязанностью заботы о воспроизведении стада. За 10 лет количество оленей выросло с 800 до 3000 голов, и очень долго Аскольд оставался единственным в мире питомником пятнистых оленей. По сей день олени в изобилии водятся на острове и являются ещё одним сокровищем Аскольда.

Чтобы просмотреть всю ленту, нажмите на фотографию >>>

Так как остров является отличным ориентиром для судов, идущих на Владивосток с юга и юго-востока, в 1879 году на мысе Елагин началось строительство капитального маяка. Из-за сурового климата башню несколько раз перестраивали, и сегодня благополучие мореплавателей в заливе Петра Великого стережёт новый маяк, построенный в середине 30-х годов XX века, а старая башня воспринимается почти как элемент ландшафта самого острова.

Чтобы просмотреть всю ленту, нажмите на фотографию >>>

Также на Аскольде располагается метеостанция, артиллерийская батарея № 26 и глубокие подземные ходы под ней, старое кладбище, заброшенные здания и оставленная военная техника. В глубоких – местами до 80 метров – прибрежных водах острова очень любят резвиться касатки. Господствующая в этом районе роза ветров делает остров труднодоступным, а погоду на нём весьма непредсказуемой – всего за несколько часов яркое и уютное солнце и спокойное море может смениться проливным дождём, пронизывающим ветром и сильным прибоем. И нетрудно представить, глядя с вершины сопки на окружающую со всех сторон гладь воды, ту суровую и разнообразную, от места войны из-за золота до важного  гидрометеорологического пункта, судьбу дикого и неприступного острова Аскольд – острова-маяка, указывающего путь всем, кто стремиться попасть в чудный город на краю земли.

 Текст – Елизавета ДРОБЫШЕВА
Фото – Ирина ПЕРЕВАЛОВА

 

При подготовке публикации использовались материалы:
– «Нэнуни. Дальневосточная одиссея», Михаил, Юрий и Валерий Янковские, изд. «Рубеж», Владивосток, 2012.

Экспозиция в Приморском музее имени В.К. Арсеньева по теме:
– Проект «Время Людей» (зал «Время Дела») – зона делового ритма, инициатив, персоналий. Узнать о деловой хватке первых людей бизнеса, осваивающих Приморье можно на экскурсии в Главном корпусе (ул. Светланская, 20). 

Просмотров: 2920
×