Сложно говорить. Молчать нельзя. Так можно сформулировать основной посыл важной сессии, прошедшей в завершающий день «Музейных маршрутов России». Непростой, но чрезвычайно насыщенный разговор касался события, которое еще продолжается, и пока трудно прогнозировать, что ждет российское общество после его завершения. Речь о специальной военной операции.
По словам исполнительного директора Ассоциации менеджеров культуры, руководителя проектного офиса Ассоциации музеев Дальнего Востока и Сибири Инны Прилежаевой, начало разговора было положено на полях выездной экспертной сессии Приморской музейной ассамблеи, прошедшей в начале августа в Биробиджане. Как интегрировать тему СВО в музейную работу, вовлечь в эту работу гражданские, религиозные, общественные институты, органы власти вместе с музейщиками обсуждали специалисты образования, культуры, представители общественности, участники СВО и их семьи.
«Нам еще предстоит разобраться с теми вызовами — профессиональными, этическими, социокультурными, — которые несет тема СВО, понять настроение общества, определить, как музейные технологии могут помочь в сохранении памяти и социальной терапии». Инна Прилежаеваруководитель проектного офиса Ассоциации музеев Дальнего Востока и Сибири
О результатах социологии про запрос общества на посещение музеев, на разговор об СВО говорила директор департамента социальных наук ДВФУ Елена Костина. Она привела результаты опроса, проведенного ВЦИОМ в 2024 году, которые подтверждают: тех, кто был в музее в последние два-три месяца, стало больше.
«Что-то подтолкнуло людей к походу в музей. Скорее всего, они хотят получить ответы на непростые вопросы в местах, где хранится опыт предыдущих поколений. Безусловно музеи, как институты памяти, — это правильное место для такого разговора». Елена Костинадиректор департамента социальных наук ДВФУ
А вот о том, какой должна быть интонация этого разговора, каким языком разговаривать с самой разной аудиторией, какие слова подбирать, своим мнением на сессии поделился старший научный сотрудник Музея Арсеньева Александр Бондарев. По его словам, иногда, казалось бы, всем понятные слова не безопасны, поскольку несут ненужную, даже вредную смысловую окраску.
«Когда мы произносим слово „травма“, говорим про травмирующий опыт, мы тем самым невольно говорим о человеке в контексте жертвы. А есть слово „герой“. И в нем нет ничего пафосного. Зачастую в народном эпосе герой — это народ, субъект, который способен преодолеть трудности и жить дальше. Во время сессии в Биробиджане я достаточно много говорил об этом с участниками спецоперации, с родственниками погибших. И никто из собеседников не желал быть в роли жертвы». Александр Бондаревстарший научный сотрудник Музея Арсеньева
Опытом работы с темой СВО, взаимодействия с семьями участников спецоперации, поделилась заместитель директора Забайкальского краевого краеведческого музея Ксения Максименя.
«Сегодня наша страна находится в эпицентре драматических событий. И, конечно, музеям надо с этим опытом работать. Надо найти такое решение, чтобы экспозиция была живой, актуальной, неформальной и рассказывала про человека. И через человека повествовала о больших событиях». Ксения Максименязаместитель директора Забайкальского краевого краеведческого музея
